А ведь я и правда был похож на такую книгу. Меня зовут Григорий, и я — архивариус в городском музее. Мои дни проходят в полумраке хранилища, среди стеллажей с папками, которые пахнут временем. Я знал историю каждого документа, но совершенно забыл, как пишется своя собственная. После того как сын уехал в другой город, а жена ушла к тому, кто «умеет жить, а не копаться в прошлом», я стал тише воды, ниже травы. Я консервировал чужие истории, а свою собственную запечатал, как особо ценный фонд, и поставил на самую дальнюю полку. Вечерами я слушал, как тикают часы в пустой квартире, и чувствовал, как сам превращаюсь в экспонат.
Перелом наступил в день инвентаризации. Мы вскрывали старый сейф, который десятилетиями стоял в углу. В нём, среди пожелтевших бумаг, я нашёл дневник молодого инженера, строившего наш город в 30-е годы. На последней странице была карандашная запись: «Всё построил, а свою жизнь так и не начал. Не повторяй моей ошибки». У меня похолодело внутри. Это было послание через время, и оно попало точно в цель. Я сидел над этим дневником до ночи, а потом, вернувшись домой, не смог заснуть. Мне нужно было что-то сделать. Любое действие. Лишь бы не это оцепенение.
Я включил компьютер. В поиске бессознательно набрал «как начать жить». Среди советов психологов и мотивационных цитат мелькнул отзыв на каком-то форуме: «Иногда, чтобы увидеть себя по-новому, нужно зайти в
зеркало эпикстар. Там всё не по-настоящему, зато ты видишь, что можешь рискнуть». Меня, человека, который работал с подлинниками, заинтересовала эта идея цифрового зеркала. Что оно может отразить? Я перешёл по ссылке.
Передо мной развернулся мир, который был полной противоположностью тишине архива. Гулкий, яркий, с нарочито весёлой музыкой. Я не испугался. Мне стало любопытно, как учёному. Я зарегистрировался. Псевдоним — «Молчаливый_летописец». Положил на счёт 3000 рублей — сумму, равную стоимости редкой архивной коробки, которую я давно хотел купить для фонда. Выбрал игру. Ту, что была первой. Она оказалась про кладоискателей и старые карты. Символично. Я начал играть. Не каждый день. А тогда, когда чувствовал, что тишина становится слишком громкой. Я ставил по 200 рублей. Для меня это был акт. Я, хранитель, сознательно тратил ресурс на что-то мимолётное, невещественное. Это было вроде как вырвать страницу из вечного документа и пустить её по ветру. И в этом был странный катарсис.
Так прошла осень. Я даже начал вести параллельные записи: в рабочем журнале — опись фондов, в личном блокноте — наблюдения за «поведением» игровых символов. Мозг, заточенный на анализ, работал в новом поле. И я оживал. Я стал замечать, что по дороге на работу смотрю не под ноги, а на облака. Заговорил с бариста в кофейне. Однажды даже купил себе яркий шарф.
А потом случилось то, что вернуло меня в реальность с новой силой. В музее решили расформировать мой отдел, переведя архивы в цифру, а меня — на полставки консультанта. Мне было 58. Мысль о том, что моё дело, моё тихое царство растворится в нулях и единицах, а я останусь не у дел, была ужасна. Я пришёл домой и сел в кресло, чувствуя себя точно тем инженером из дневника: всё построил, а теперь…
Я включил компьютер. Зашёл на сайт. На моём счету было около пяти тысяч. Я открыл игру про кладоискателей. И поставил всё. Это был не азарт. Это был финальный аккорд. Если уж заканчивается одна история, пусть в этой, виртуальной, будет хоть какая-то развязка. Я нажал кнопку.
И на экране карта ожила. Она не просто показала путь к кладу. Она начала меняться, как живой организм. Появились новые земли, моря, маршруты. Запустилась серия бонусных раундов «Великие открытия», где с каждым новым «открытым» континентом сумма росла в геометрической прогрессии. Это было похоже на магию. Я наблюдал, как из простой комбинации рождается целый мир. И в этот момент я понял. Я понял, что такое «начать жить». Не когда ты молод. А когда ты осознаёшь, что у тебя ещё есть чистые листы. Когда заканчивается один том, можно начать писать следующий.
Когда путешествие завершилось, на моём счету было 1 600 000 рублей.
Я не стал бороться за отдел. Я согласился на консультации. А на эти деньги я сделал то, о чём мечтал, но считал несбыточным. Я открыл маленький, частный архив. Но не для документов. Для историй. Я стал записывать воспоминания стариков нашего района. Про старый завод, про исчезнувшие переулки, про любовь и потери. Я оцифровываю их, храню, делаю небольшие выставки в местной библиотеке. Теперь я не просто хранитель пыльных бумаг. Я — собиратель живых голосов. Я даю им вечность. И в этом нашел смысл, которого мне так не хватало.
И иногда, когда я слушаю очередную историю, я думаю о том зеркале эпикстар. Оно показало мне не удачу. Оно показало мне отражение человека, который ещё способен на азарт, на открытие, на движение. И подсказало, куда направить эту энергию. Не в виртуальные миры, а в самые что ни на есть настоящие жизни людей, которые, как и я, боятся, что их история канет в Лету. А теперь — не канет. Потому что я её запишу.
